[На начало] Шлина (продолжение)

Оверкиль на расстояния вытянутой руки:

Дело было так: река довольно резко поворачивала направо и сужалась, воды было много и течение было приличным. Шли мы довольно плотной группой, кильватерным строем т.к. ничего подобного не ждали, а прямо за поворотом лежало сваленное дерево. Оно перегораживало почти всю реку и проход был только довольно близко к правому берегу. Байда, которая шла перед нами (Антон это был по-моему) там села, причем села на дереве. Нам ничего не оставалось как попробовать пройти рядом. Повернуть успели но пройти не удалось. Танька успела переехать бревно, а вот мы с багажником засели. Самый геморрой, что сел именно багажник, не вылезти (бревно далеко), ни толкаться, только ползти. Сидим, обстановку оцениваем. И тут из-за этого поворота вылетает Кузнецовский "Киржач", а места-то уже нет! Заняты места! Мы с Антоном весь проход загородили. Ну что им оставалось делать? Хотели они рядом воткнуться, но из-за стремительного течения не успели повернуть и их лагом нанесло на это самое дерево. Дальнейшее произошло на моих глазах в метре от меня и заняло меньше времени чем вы потратите на прочтение. Байда немедленно кильнулась, выкинув свой родной экипаж. А потом, под воду затянуло корму. Причем, корма не утонула, а её именно очень быстро затянуло в воду. Байда встала как поплавок. Из трюма с громким хлопком вырвался воздух. Захлопали какие-то пряжки, утяжки и т.д. Замерев и постояв так несколько секунд медленно, очень медленно байда начала заваливаться и пошла на дно…

Как ее вытаскивали и т.д. это уже другая история. Перекусив, мы вышли. Через двадцать минут было следующее…

История противоторпедного шпангоута - переборки

Поворот был опять направо. Повернув, мы увидели то, что заставило Татьяну сказать: "Ой, мама!". Я тоже что-то сказал. Что — уже не помню, но тоже про маму. А! Вспомнил! Но повторять не буду! Нашим глазам предстала Костикова "RZ" аккуратно, опоясывавшая большой, чуть торчащий из воды камень, и Паша с Костиком с головы до ног мокрые, стоящие по пояс в воде около этого плода совместной деятельности природы и человека… Плавность и закругленность линий этого плода была, потрясающей, почти идеальной, не считая некоторых выпирающих бугров, которые возникли из-за сломанных стрингеров…

Протоки

В предпоследний ходовой день, под вечер мы шли по разливам. Гадостная вещь эти разливы, скажу я вам. Река размашистой змейкой пробирается по полям и из-за этого путь увеличивается в несколько раз. Очень часто повернув почти на 180 градусов на траверзе можно видеть байду, идущую встречным курсом. Потом поворот и опять всё по-новой… Утомляет! Самое неприятное, что между извилинами есть узкие мелкие протоки, по которым может иногда протиснуться капитан, искренне не любящий свою верную байду. Может создаться обманчивое впечатление, что лучше погеморроиться минутку и проползти по протоке, а не лопатить лишние 100-150 метров. Дело в том, что протоки эти всегда завалены сучьями, бревнами и всяким другим барахлом, которым байду можно основательно пропороть, а если и не пропороть то сил и времени протискивание по такой протоке отнимет не меньше, а то больше чем 100-150 метров честного доброго лопаченья. Но байдоненавистники у нас еще встречаются. Так вышло и в этот раз, наш местный, (привозной, точнее, какой он на фиг местный) Герой, Тёма, усиленно по этим протокам протискивался. Ну и допротискивался! Он был чуть впереди и вскоре оттуда раздался шум и плеск. Через несколько секунд когда, мы повернули нашим глазам предстало очередное байдораздирающее зрелище. "Агидель" стояла у входа в одну из таких проток. И экипаж в ней тоже стоял. А вокруг суетились байды остальных участников экспедиции.
Если бы "Агидель" была большим парусным судном, ну фрегатом например, то всё это можно было бы принять за столь любимую кинематографистами сцену торговли в порту Тортуги в период расцвета Берегового Братства. Однако "Агидель" не была фрегатом. Да и стояла она только на первый взгляд. На второй взгляд она медленно тонула. И экипаж в ней тоже не стоял, а пытался спасти хоть какое-то добро и спастись сам. Обязательно хочу отметить, что экипаж действовал сплоченно и слаженно, как будто они целую зиму перед этим учились тонуть на байде в бассейне. Выражение лиц было спокойное и мужественное. Мужественное выражение было даже у Женьки, шкипера нефрегата "Агидель". Такие лица должно быть были у матросов "Варяга" покидавшего Чемульпо. На несколько мгновений предстала перед нами эта величественная и грозная картина, а потом всё смещалось…

Байда утонула, Тёма попал в воду, Шар распорядился искать стоянку, и началась обычная бытовуха — спасение очередной утопленницы… Повиснув на суку, и погружаясь байда самостоятельно посадила себе дырку примерно в метр длиной, которую мы шили при свете гигантского костра почти половину ночи…


Погода стояла нежаркая:


Снег на земле,


палатках,


байдарках.



Осенью 2002 года фотоотчет занял 2 место на конкурсе сайта
"Скиталец".